Поиск

Категории статей

Товары для продажи [10]
Здесь выставляются различные товары, вещи, предметы и прочее для продажи.
Статьи ВСЕ [136]
История, Культура, Религия [174]
Актуальная информация [114]
Политика, Финансы, Жизнь, Работа, Защита и пр.
Здоровье и Счастье [30]
Документы, Законы, Правда [26]
Важная информация, обличение деятельности экстремистских и расистских идеологий, иноземных оккупантов.
Статьи из журнала "Русский Дом" 1997/98 [26]
Интересные и актуальные статьи.
Статьи из журнала "Русский Дом" 2002/05 [106]
Интересные и актуальные статьи.
Статьи из журнала "Русский Дом" 2006/07 [34]
Интересные и актуальные статьи.
Статьи из журнала "Русский Дом" 2008/10 [39]
Интересные и актуальные статьи.
Краткий разбор наиболее распространенных греховных и пагубных увлечений [9]
Из книги "Архимандрит Лазарь. Грех и покаяние последних времен", изд. Московского подворья Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря 1996 г.
Письма [15]
Здесь будут публиковаться письма в органы власти, которые можно использовать для обращений.
Полезная Информация [15]
Звуковые и видео материалы, программы.
Полезные Электронные Книги [27]
Жизненная и другая актуальная информация. Свободная загрузка.
Это уже не актуально [0]
Архив.

Каталог Статей. Товары для Продажи:


Главная » Каталог статей » Статьи ВСЕ

Старообрядческое «антижитие» патриарха Никона. «История о искоренителе древняго благочестия патриархе Никоне отступнике святыя веры»

«ИСТОРИЯ» О ПАТРИАРХЕ НИКОНЕ

Старообрядческое «антижитие» патриарха Никона

[По изданию «Памятники старообрядческой письменности». СПб. 2006 г. Вводная статья с комментариями Н. Ю. Бубнова]

 В рукописных хранилищах России хранится много старообрядческих рукописей, посвященных жизни и деяниям главного идеологического против­ника старообрядцев и главного «антигероя» их со­чинений — патриарха Никона.1 Еще при жизни это­го знаменитого патриарха — реформатора русской православной церкви — его оппоненты записали множество устных рассказов о нем, ходивших в на­роде.2 На основе этих рассказов дьяконом Федором Ивановым, соузником протопопа Аввакума по пустозерской темнице, было создано сказание о патри­архе Никоне, сохранившееся в заверенной автором копии под названием: «О волке и хищнике и богоотметнике Никоне достоверно свидетельство, иже бысть пастырь во овчей кожи, предотеча анти­христов».3 Сказание как бы продолжает перечень догматических нововведений патриарха Никона, содержащийся в другом пустозерском сочинении — «Ответ православных», перечнем его частных, нравственных преступлений: «Богоотметство же его сие есть и кроме превращения догмат церковных».4 Некоторые из рассказов о жизни патриарха Никона в ссылке в Кирилло-Белозерском монастыре, содер­жатся в посланном протопопу Аввакуму из Москвы анонимном «Возвещении от сына духовнаго ко отцу духовному» (1676 г.). В своем ответе на «Возвеще­ние», толкуя 13-ю главу Апокалипсиса примени­тельно к происходящим событиям, Аввакум называет патриарха Никона одним из двух антихристовых рогов: «два же рога у зверя — две власти знаменует: един победитель, а другий — пособитель: Никита по Алфавиту, или Никон, а другий — пособитель — Алексей... Царь Алексей десять лет добро жил: в посте, и молитвах, и милостив, а Никон егда на патрияршество вскралъся, показуя человеком лесть, лукаву добродетель же. Егда же слюбление сотвориша, яко Пилат и Ирод, тогда и Христа распяша: Никон побеждать учал, а Алексей пособлять испотиха».5 Свое новое толкование «антихристовых рогов» Аввакум сопроводил собственноручным рисунком.6

Личность патриарха Никона, как главного «ере­сиарха», родоначальника всех ересей и бед, порожденных расколом русской православной церкви в XVII веке, продолжала будоражить воображение старообрядцев и в последующие столетия, вплоть до XX века. Создание новых и переписка старых сочинений о прежде бывших русских царях и патриархе Никоне была делом опасным и неблагодарным — церковные и светские власти строго наказывали за чтение и распространение подобных текстов.7 Одна­ко, в XVIII веке в старообрядческой письменности появляются новые сочинения о патриархе Никоне. Назовем прежде всего Сказание о Никоне, встреча­ющееся в рукописях вместе с Житием инока Корнилия в редакции инока Выговского старообрядческо­го монастыря Пахомия, созданное в 1723—1727 годах, и его «украшенной» переделке, принадле­жащей выговскому уставщику Трифону Петрову (1731 г.). Таким образом, этим выговским книжни­кам можно приписывать создание «Выговской» ре­дакции Жития.8

Новая волна интереса к личности патриарха-ре­форматора проявилась, по-видимому, в середине XIX столетия в связи с возобновившимися спорами среди старообрядцев по вопросу о необходимости уч­реждения старообрядческой церковной иерархии. К этому времени и относится, как нам представляется, создание новых сочинений об этом патриархе, появившихся как в среде наиболее радикального среди беспоповцев федосеевского толка, так и среди старообрядцев-поповцев.

Особого внимания и изучения заслуживают ли­цевые старообрядческие жития патриарха Никона, появившиеся в конце XIX века. Естественно, что ста­рообрядческий мастер-иллюстратор выбрал для иллюстрирования наиболее полный текст Жития, сло­жившийся к этому времени. Такой текст появился, как мы увидим ниже, под пером неизвестного старо­обрядческого автора не ранее середины XIX века на основе всех ранее существовавших редакций, попол­ненных новыми занимательными остросюжетными» эпизодами из жизни легендарного патриарха.

Лицевое Житие патриарха Никона существует в двух редакциях — краткой и пространной. Первоначально, как можно судить по ряду признаков, была создана краткая редакция. Нам известно три ее спис­ка, изготовленных в книгописной мастерской кресть­ян Каликиных в деревне Гавриловская Вологодского уезда в конце XIX — начале XX веков. Эти списки хранятся в БАН (шифры 45.4.9, Друж. 325 и Калик. 49). В списке 45.4.9 сочинение имеет следующее назва­ние: «Краткая история о бывшем богоотступнике патриархе Никоне, искоренителе и попрателе древняго благочестия и насадителе богомерских ерети­ческих преданий».9 Как видим, сочинение здесь, по вполне понятным причинам, не названо «житием», также, как и сочинение о Никоне его официального православного биографа Иоанна Шушерина.10 В конце основного текста сочинения находится при­ложение, в списке 45.4.9 озаглавленное: «Достоп­римечательные события богоотступника лжепатри­арха Никона, списанныя с показаний очевидцев, во время его патриаршества бывших у него в послужении».11 Текст приложения в двух списках (45.4.9 и Калик. 49) иллюстрируется 9-ю миниатюрами. Старообрядческие легенды о патриархе Никоне, во­шедшие в это приложение, восходят к устным пре­даниям ряда лиц из его окружения, записанных и попавших в старообрядческие рукописи еще в XVII столетии.12

Пространная лицевая редакция жития патриар­ха Никона имеет несколько иной заголовок: «История о искоренителе древняго благочестия патриар­хе Никоне, отступнике святыя веры».13 Помимо списка БАН 45.5.9, нам известен еще список РГБ, ф. 17 (собр. Барсова №140). В состав текста про­странной редакции ее автор включил все старообряд­ческие легенды о патриархе Никоне из «приложения» Краткой редакции, поместив их в порядке хронологии описываемых событий. Кроме краткой лицевой редак­ции «Жития», в основу пространной редакции было положено и так называемое «Украшенное житие», изданное В. Н. Перетцем по списку PHБ Q.I, №1057, датируемом им «по почерку» концом XVIII века.14 Хотя начала Жития в пространной редакции по лицевому списку БАН 45.5.9 и «Украшенного жи­тия» по списку РНБ Q.I, №1058, начинающиеся с авторского предисловия, совпадают («Понеже убо по древлецерковнем отечестем благочестии аще и го­рячею жалостию снедаем есмь, и рачуся приступити к повести о бывшем искоренителе православия сказати хотящей...»), далее начинаются расхожде­ния. Текст пространной редакции Лицевого жития изобилует дополнениями, извлеченными из других источников.

Особый интерес лицевым редакциям Жития патриарха Никона придают иллюстрирующие их ак­варельные миниатюры. Все вышеназванные спис­ки (за исключением «Украшенного жития») напи­саны и иллюстрированы в одном старообрядческом центре: в книгописной семейной мастерской Антона Семеновича Каликина.15 Есть основания предполагать, что обе редакции Жития патриарха Никона иллюстри­рованы А. С. Каликиным впервые. Не исключено также, что и реакция текстов обеих редакций Жития принадлежат этому же вологодскому книжнику, при­надлежавшему к старообрядческому федосеевскому беспоповскому согласию.

Остановимся подробнее на общей характерис­тике рассматриваемых лицевых рукописей. Рукопись БАН 45.4.9, содержащая краткую редакцию жития, написана в 4°, на 46 лл. старой бумаги, извлеченной из списанного архива XVIII века, купленного Кали­киным «по случаю» в г. Нерехте. Есть в рукописи и листы поздней бумаги, фабричного производства (лл.8—10). Большая часть листов склеена попарно текстом внутрь, многие вклеены в блок на фальцах. «Краткая история» содержит 25 красочных мини­атюр. Из них 15 миниатюр иллюстрируют основной текст краткой редакции Жития, и 9 — приложение. Кроме того, имеются две дополнительные миниатю­ры, на одной из которых изображен «Никон в гро­бу» (л. 25), а на другой: «Патриарх Никон», обла­ченный в драгоценную ризу (л. 25 об.). В рукописи БАН Калик. 49 текст Жития занимает 2-ю часть ко­декса в 4° (л. 36—94). Эта часть рукописи написана на бумаге со штемпелем: «Фабрика наследниковъ Сумкина № 6» (в гнутом прямоугольнике).16 Основная часть сочинения иллюстрирована 14-ю подписанными миниатюрами, повторяющими сюжеты миниатюр рукописи БАН. 45.4.9. Здесь отсутствует лишь ми­ниатюра, изображающая избиение патриархом Ни­коном коломенского епископа Павла. Приложение также проиллюстрировано 9 миниатюрами, а допол­нительных миниатюр нет.

Рукопись БАН 45.5.9, содержащая пространную редакцию Жития, написана в 4°, на 139 + VII листах бумаги того же сорта, что и 2-я часть рукописи БАН Калик. 49. Рукопись имеет заголовок, вписанный в орнаментальную заставку-рамку: «История о ис­коренителе древняго благочестия патриархе Никоне, отступнике святыя веры» (л. 1). Житие проиллюст­рировано 36-ю цветными миниатюрами работы ма­стерской крестьян Каликиных. Под большинством миниатюр имеются подписи (там, где подписей нет, мы приводим тексты подписей под аналогичными ми­ниатюрами в списках «Истории» краткой редакции: БАН 45.4.9. или БАН Калик. 49, помещая их в квад­ратных скобках). 1) [«Шаман предсказывает Никону будущее»]; 2) «Волхв татарин предсказывает буду­щее»; 3) [«Виде Елиазар на Никоне змея велика»]; «Повеле Никон написать икону по еретически»; «Никон благословляет людей по еретически»; «Арсений еретик провещает Никону патриарше­ство»; 7) «Царь у жены Никоновой»; 8) «Никон бе­седует с царем Алексеем»; 9) «Никон биет епископа Павла Коломеньскаго»; 10) «Жгут епископа Коломеньскаго за святую веру»; 11) Изображены два воина, один из которых держит «Крест Христов», а другой «Крыж латинский»; 12) «Несут (из церк­ви) новые просфиры с крыжем»; 13) «Никона коро­нуют дияволи»; 14) «У Никона в башмаках крест Христов»; 15) «У Никона на стельках крест Христов»; 16) «Никон надевает железа на старца Андреяна»; 17) «У Никона под постелей крест»; 18) «Бьет Никон Нафанаила за обличение»; 19) [«Жгут свя­тыя книги»]; 20) «Никон ругаится святым иконам»; 21) «Никонианское лжепричастие»; 22) «Царевна просит царя простить Никона»; 23) «Повезли Никона в ссылку»; 24) Никона везут в ссылку; «Жена Никона у гетмана Хмельницкаго»; «Никон беседует со своею женою»; 27) «Жена у царевны Татияны в терему»; 28) «Едет царевна Татияна к Никону на свидание»; 29) «Никон с ца­ревною Татианою под дубом совещается о бегстве в Киев»; 30) «Бегство Никона в Киев на патриар­шество»; 31) «Поимка Никона Стрешневым»; 31) «Проспали, Никон бежал» (из Воскресенского Новоиерусалимского монастыря); 32) «Догоняют беглеца Никона» (разворот); 33) «Суд над Никоном» (разворот); 34) «Везут осужденного Никона»; 35) «Никон беседует со змеем»; 36) [«Дерутся пат­риархи»], (патриарх Паисий сбивает посохом с го­ловы Никона клобук).

Второй список пространной редакции Жития (РГБ. Барс. №140, на 137 листах в 4°), также написанный в мастерской Каликиных на бумаге того же сорта, что и рукопись БАН 45.5.9, почти точно по­вторяет текст и иконографию рисунков этой рукопи­си. Написана рукопись несколькими почерками. По сравнению со списком 45.5.9, в этой рукописи име­ется лишь одна дополнительная миниатюра, на которой изображен патриарх Никон в царских па­латах, сидящий за столом с царем, царицей и двумя царевнами (помещена на л. 84, между миниатю­рами №22 и 23 рукописи 45.5.9).

Как мы уже говорили, лицевое «Житие» патри­арха Никона написано неизвестным автором на основе ряда источников. В нем использовано Сказание о патриархе Никоне дьякона Федора Иванова, а так­же рассказы о Никоне, записанные в Москве и Со­ловецком монастыре в XVII веке, «Житие патриар­ха Никона» Иоанна Шушерина, а также, возможно, сочинения архимандрита Аполлоса,17 Н. А. Гиббенета,18 материалов «Дела о патриархе Никоне»,19 и других печатных и рукописных источников. Пос­ледний «слой» источников, вошедших в состав про­странной редакции Жития, касается взаимоотноше­ний опального патриарха Никона с царской семь­ей. Здесь рассказывается о «романе» патриарха с сестрой царя Татьяной Михайловной, о ее участии в поставлении Никона на патриаршество, о тайных посещениях царевной Никона, заточенного в Вос­кресенском Новоиерусалимском монастыре и о пла­нах совместного с ним бегства в Киев (сюжет иллю­стрируется рисунками 28—32). Источника этого литературного «пласта» в «Житии» нам найти не удалось.

Случилось так, что в силу ряда причин, состав­ление старообрядцами развернутого подробного жития патриарха Никона растянулось на довольно большой период и было завершено лишь к концу XIX века. Определенное влияние на этот процесс оказало появление «Жизнеописания» Никона, со­зданного его бывшим келейником Иваном Шушериным, активно переписывавшимся и выдержавшим несколько изданий. Поскольку в сочинении Шуше­рина опальный патриарх изображен праведником и чуть ли не святым, в старообрядческой среде ощущалась острая необходимость создать некий «противовес», снижающий патетику образа патри­арха. Между тем, в древнерусской литературе су­ществовала традиция создания образов «антигеро­ев». В статье Л. А. Черной указаны отдельные эле­менты жанра «антижития». К таким чертам автор относит: подлое рождение, безбожие, немилостивость, гордыню (ярость), алчность, злобу, уродство, злодеяния, еретичество («поганый»), одержимость дьяволом. Многие из названных черт автор находит в образах «безбожного» хана Батыя в «Повести о разорении Рязани Батыем», Чол-хана в «Повести о Щелкале», князя Олега Рязанского в «Повести о Ку­ликовской битве», Темир Аксака в «Повести о Темир Аксаке».20 Автор показывает структуру образа отрица­тельного героя — «антигероя», который, в отличие от героя положительного («святого»), должен: 1) «про­исходить от гнилого родового корня» — иметь «под­лое» рождение; 2) имитировать «уход из мира»; 3) под личиной «боголюбия» скрывать свое безбо­жие; 4) обладать такими чертами характера, как немилостивость», гордыня (ярость), алчность, злоба, внутреннее уродство; 5) заключить договор с дьяволом и поклоняться ему как Богу; 6) вместо чудес, присущих святым, совершать злодеяния; 7) после смерти от его могилы должен исходить смрад (вместо благоухания). Почти все указанные здесь отрицательные черты мы находим в пространной редакции «антижития» Нико­на. Отсутствует здесь лишь рассказ о смерти Никона, прощенного царем Федором Алексеевичем и возвра­щенного им из ссылки. Однако этот рассказ есть в его краткой редакции по рукописи 45.4.9, где сказано, что умерший на пути из ссылки Никон «перевезен бысть в Новый Иерусалим, где и погребен в церкви, называ­емой Темница; от таковыя глубины темнаго ада да из­бавит нас Христос Бог наш...».21

Попытаемся теперь «прочитать» весь текст старообрядческого лицевого «Жития» патриарха Никона, останавливаясь на фактах, свидетельству­ющих о причастности его «героя» к «отрицатель­ной» символике, присущей антижитию. Во время рождения младенца, «паче меры большаго», серь­езно пострадала его мать Мариамия, которая вскоре умерла. После рождения «детища» в дом родителей пришел мордовский шаман, который предсказал ему великое будущее, и «умастил» великую «дорогу», которую «уготовал... сам великий дух». Младенец, крещенный православным священником, и нареченный Никитой, с трех лет воспитывался мачехой, ко­торая невзлюбила его «за его непослушание». Кол­дуны и волхвы трижды предсказывают Никону «быть государем великим». Второй раз великое будущее ему предсказывает колдун-татарин во время его по­ездки по делам из Макарьевского Желтоводского монастыря, где он был «в услужении», а в третий раз — «еретик» Арсений Грек, заключенный в Со­ловецком монастыре куда Никон, уже в сане новго­родского митрополита, ездил за мощами святого мит­рополита Филиппа. Предсказания колдунов и волх­вов, как пишет автор «Жития», породили в сердце Никиты «самолюбие, гордость, властолюбие». Не­удачная семейная жизнь Никиты, смерть в младенче­стве троих его детей, подсказывали ему необходимость перемены судьбы. В его душе «глубоко вкоренилась тайная мысль» принять иночество «и чрез сие получить в духовных чинах возвышение и достигнуть власти». Вскоре Никита уговорил жену Парасковию принять монашеский постриг, с тем, чтобы она, скрыв свое происхождение, стала «подвижницею», «и извест­ною знатным болярыням, служащим при дворце ца­ревом», чтобы «в будущем быть помощницею к воз­вышению его, Никиты». Затем Никита принимает монашеский постриг с именем Никон и отправляется в Соловецкий монастырь, где становится монахом Анзерского скита, руководимого его основателем, старцем Елиазаром. Именно Елиазар Анзерский, будучи провидцем, впервые распознал в новопосвя­щенном иноке дьявольское начало. Однажды во время божественной службы «виде Елиазар около выи Никона змия черна и зело велика оплетшася». «С сего времени начаша Елиазар и вси братия нелюбити Никона и не допускати его до чтения и пения в божественной службе». Эта нелюбовь иноков заставила Никона покинуть Анзеры. Даль­нейшая духовная карьера будущего патриарха опи­рается, помимо его личных качеств — внешней кра­соты и мощного голоса — на авторитет ученика Елиазара Анзерского и на помощь бывшей жены, инокини Парасковии, во инокинях Наталии. Послед­няя, войдя в доверие к незамужней царевне Татьяне Михайловне, раскрыла ей свою тайну и заручилась ее поддержкой в деле возвеличения Никона. Пра­ведников и провидцев, распознавших в Никоне дьявольское начало, также, как и колдунов-иноверцев, в «Житии» три. Помимо Елиазара Анзерского, это новгородский митрополит Авфоний (Афония), кото­рый, будучи при смерти, «заповедал близким своим призвати другаго архиерея для погребения тела его, а не Никона, занеже Никон враг Божий есть — прирече Афония». Третьим праведником, распознав­шим Никона как еретика, оказался епископ коломенский Павел — единственный из архиереев, отказав­шийся подписаться под решениями Московского собора 1654 года о церковной реформе. «Никон... от ярости невозможе стерпети, аки лютый зверь ухвати Павла, нача немилостивно своими руками священнаго Павла бити вельми» и сослал его в заточение. В центре «Жития» Никона находятся сложные взаимоотношения патриарха Никона с царем Алек­сеем Михайловичем, в которых замешаны ближние бояре и члены царской семьи. Один из рисунков ру­кописи иллюстрирует в обобщенном виде эти вза­имоотношения. Никон изображен здесь в виде «пестрообразного» змея, заползшего в царский дворец и дающего советы царю (рис. 8). «Житие» пере­дает примечательный разговор разгневанного царя с заступавшейся за Никона царевной Татьяною, про­исходивший после предания патриархом проклятию родного дяди царя, боярина Стрешнева, за то, что тот «заставил свою собаку подражать, как патриарх мо­лится триперстно и как благословляет народ пятиперстно». «Татияна же Михайловна, призва к себе брата царя, просит на Никона не гневатися. Рече царь: "Как же, сестрица, на него не гневатися, сде­лал он такое великое смущение, самосудом без мое­го совету, меня считает не во что, всему нашому цар­скому дому сделал он позор». Рече царевна: "Да как же, братец, коли дядюшка Семен делает над святей­шим такую издевку, ставит его на одну доску со своей собакой". Рече царь: "Сестрица моя Татияна Михай­ловна, нашего своевольнаго богомольца не один Стрешнев тако именует. Протопоп Аввакум в своих ко мне челобитнох именует его псом, и волком, и зве­рем за пременение наших отеческих древних книг и уставов". Рече царевна: "Неужели и ты, братец, сумневаешися в добрых намерениях нашего святейшаго?" Рече царь: "Скажу тебе, сестрица правду: не токмо сумневаюся, но и зело сам себя осуждаю. Не следовало бы мне давать Никону такого своеволия на истребление всех древних уставов и на введение новых... Едак он и меня, и весь мой дом скоро прокленет... тогда ему излишне будет существование и дома Романовых..." » (рис. 22).

Убедившись в невозможности добиться прими­рения опального патриарха Никона с царем, его бывшая жена инокиня Наталия, в сговоре с царевной Татьяной Михайловной, поддержали план патриарха о бегстве его из Воскресенского Ново-Иерусалим­ского монастыря в Киев с намерением основать там новую православную патриархию. Описана поездка Наталии к гетману Хмельницкому (рис. 25), в мона­стырь к Никону, ее переговоры с царевной (рис. 27) и, наконец, тайная поездка царевны Татьяны к Нико­ну, и их ночной разговор под Маврикийским дубом (рис. 29). На этой миниатюре патриарх Никон изоб­ражен в широкополой «пастырской» шляпе. В та­кой же шляпе он изображен и на рис. 36-м той же рукописи беседующим со змеем.22 Интересно, что в шляпе такого же покроя патриарх Никон изображен на картине художника В. Г. Шварца (1838—1869 гг.) «Патриарх Никон на прогулке в Новом Иерусали­ме».23 Не эта ли картина, написанная около 1867 года и экспонировавшаяся в Третьяковской галерее в Москве, оказала влияние на Антона Семеновича Каликина, иллюстрировавшего «Житие». Назван­ная деталь одежды, должна была, по-видимому, подчеркнуть протестантскую ориентацию реформ опального патриарха. Характерен в этой связи раз­говор Никона со своей бывшей женой инокиней Наталией накануне задуманной им церковной рефор­мы. Приехав по совету царя к мнимой праведнице, «патриарх передал ей, какой у него был совет с царем и какая настоит нужда в исправлении церковных книг, какия он намерен сделать. И рече, яко царь на сие прислал его испросити ея благословения. Иноки­ня, помолча довольно, рече к патриарху: "Святейший отец патриарх, истинно ты говоришь, нам нужно воз­вратиться к евангельской истине, и тогда мы бу­дем вновь православными. Делай, что Святый Дух говорит тебе, но на пол пути не останавливайся. Ты бо патриарх и никто тебе противитися не может, и я даю свое благословение"».

Особенно ярко описано в пространной редак­ции «Жития» неудачное бегство патриарха Нико­на в Киев. «Дождались ночи, Никон збросил с себя подрясник и рясу, волосы на голове подвязал, на­дел и все казачье платье, зделался неузнаваем, ка­зачьим атаманом. Лошадей поодиночке вывели за ограду и сами бережно вышли, сели на коней и пом­чались. Впереди поехал сам Никон. На другой день встали два жида: Гершко и Моршко. "Заспались се­годня все" — сказал Гершко. "Какое заспались, — усмехнулся Моршко — они все тю-тю. Проснулся я ночью и вижу: вышел и сам патриарх, как разбой­ник, в казачьем одеянии, сабля и пистолет у пояса и сам шестой — все казаками". "Ой, вей мир! [Боже мой!— Н. Б.] — завопил Гершко — получал я по десять карбованцев в месяц — я был шишом за патриархом, а его проспал. Не знаю, куда уехал". "Што штану робить, и я был тоже шишом у архимадрита Павла, поедим шкорея, возвестим в Мос­кве великому государю, что Никон тю-тю"». Упот­ребление еврейских и польских слов, пародиро­вание местечкового еврейского выговора, сам «остросюжетный» стиль повествования позволяют «отодвинуть» время создания этой части сочинения на вторую половину XIX века.

В отличие от других сочинений, посвященных патриарху Никону, в пространной редакции «Жития» особое внимание уделено роли женщин в воз­величивании Никона и продвижении его на верши­ну власти. Решающую роль здесь имел сговор быв­шей жены Никона инокини Наталии и царевны Татьяны Михайловны. «Прииде инокиня Наталия в терем к царевне Татияне Михайловне и советоваше с нею наедине о возвеличении Никона». Пле­ненная рассказами инокини Наталии о Никоне, «ца­ревна Татияна Михайловна, начаша юному царю Алексею Михайловичю и царице Марии Ильинишне часто глаголати про кожеозерскаго игумена Ни­кона... И тако, крадоводящу, сотвориша юному царю и царице любити заочно хищнаго зверя, волка яко кроткаго агньца, тако всегда всезлобный враг рода человеческаго прельщает сердца мудрых, великомощных и незлобивых мужей злоковарною женскою лестию и сотворяет падати с высоты величия к безславию, и приводит от благочестия к нечестию... И вскоре устроиша сии жены служити Никону в Ус­пенском соборе в присутствии юнаго царя Алексея Михайловича. И пленися юное сердце царево Никоновою наружностию, величественным видом, сановитостию и громким гласом, а кольми паче, хода­тайством о Никоне некиих лиц, по устроению тайно­му жены Никона и царевны Татияны Михайловны. И тако сотвориша юнаго царя ходатаем у патриарха Иосифа о возвышении Никона архимандритом в Спасов монастырь на Новое града Москвы». Для дальнейшего возвышения Никона в ход идут ложные предсказания: «И старица пред иконою паде ниц и стала что-то невнятное царю читать, и поднявшись, якобы вдохновенно воскликнула: "Идет из дальней северной страны подвижник великий, идет он среди лесов, блат и степей, не имеет он покою ни днем, ни нощию, окружен он великой стражей, а с ним великий святитель почиет в гробу, и несет подвижник на раменах своих етого святителя, имя почившаго — святый чюдотворец митрополит Филип, и вижу я, вот святый Филип из гроба востает в светлом сиянии и благословляет несущаго его великаго святителя". "Как имя тому святителю?" — с трепетом спросил царь. "Имя нарек святый Филип тому подвижнику — Никон"». «И тако — подытожывает автор свою мысль — ослеплен бысть самодержец женским хит­рым злоковарством и лестию, достигнув Никон патриаршескаго сана чрез свою пронырливую и хитрую жену и чрез царевну Татияну Михайловну, которая всестрастно пленися Никоном, бывшим еще Новоспаскаго монастыря архимандритом, и все свои женьския хитрости и тщание имела к Никонову возвеличению. И егда же он возведен был на патриарший престол, и зная, что чрез ея тайныя и хитрыя старания и домогательства и нача ея часто посещати и благодарность ей воздавати и зело безрассудно пленишася друг другом любовию непристойною, но неприлично бе патриарху входити часто в женьский терем. И тогда же царевна Татияна Михайловна отказалась от женихов и замужества и пожелала поселиться в женьский Алексеевский монастырь. Патриарх советова царю отпустити сестру свою в мо­настырь... и нача Никон часто днем ездити, а нощию пеш тайно ходити в простом одеянии». Все сочинение пестрит намеками на интимные, любовные отноше­ния патриарха с царской сестрой, которая решается даже следовать за ним в Киев. Автор так описывает разговор царевны с Никоном под Маврикийским ду­бом: «"А кто же последует за изгнанником бегле­цом?" — сказал Никон. "Кто? А мама Натя и я?" — сказала царевна. "Да как же это?" "А так, убегу и убегу, и след простынет. Ни одна застава ни задержит меня — оденусь в мужскую одежду и про­берусь". "Великая царевна, что говоришь, ты, сестра царя самодержца, и последуешь за мной, опозорен­ным беглецом?" Рече царевна: "Поезжай немедля в Киев, там ты будешь в могуществе и славе, и будут трепетать от тебя все твои враги, да и царь жестоко спокается. Умоляю тебя, не медли, бежи". Никон обнял царевну и поцеловал, сказал: "Еду, еду, царевна прекрасная, перестань плакать, выеду в завтря ночью, ныне ночи темныя". Рече царевна: "Так ты, святейший, даешь мне верное слово, что по­едешь?" "Даю, даю — сказал Никон — а ты, царев­на, приедешь туда?" "От меня слова нечего брать, я найду тебя хотя на краю света, лишь бы тебе бла­гополучно удалось уехать в Киев"». Итак, женское коварство и хитрость оказываются, по мысли автора «Жития» главными средствами к возвеличиванию Никона, и одним из мотивов проведенной им «ерети­ческой» церковной реформы. При этом «тишай­ший» царь Алексей Михайлович также оказывает­ся здесь в роли наивной и легковерной жертвы, по­страдавшей от коварства женщин: «Царь же Алексей Михайлович не знаяше в Никоне крыющагося душетленнаго и смертоноснаго яда, изрыгающаго всеконечныя хулы на святую церковь, и не знаяше злоковарнаго хитроплетения Никоновы жены, мнимыя подвижницы и предсказательницы Наталии...». И на иллюстрациях рукописи царь изображен сначала прислушивающимся к советам мнимой подвижницы Наталии (рис. 7), самого Никона в образе змея (рис. 8), а затем уже сомневающимся при виде того, как пат­риарх «ругается святым иконам» (рис. 20), отверга­ющим ходатайство за него царевны Татьяны Михай­ловны (рис. 22) и, наконец, допрашивающим его на Московском соборе 1667 года в присутствии восточ­ных патриархов (рис. 34). Это постепенное «прозрение» заблудшего царя, раскаяние которого в «Жи­тии» не показано, хотя автор несомненно знает о его раскаянии перед смертью, описанно в «Повести о отцах и страдальцах соловецких» Семена Денисо­ва. Легенда о том, что умирающий царь разрешил соловецким старцам молиться и служить «по-старому» и приказал своему воинству отступить от стен мятеж­ного монастыря, долго будоражила умы старообряд­цев. Сложная задача отделения исторической прав­ды от легенд, вымыслов и художественных преуве­личений в лицевом «антижитии» патриарха Никона может быть решена только путем досконального вы­явления всех источников, которыми пользовался автор при его создании.

Ниже мы публикуем «Житие» патриарха Ни­кона в пространной редакции по лицевой рукописи БАН (шифр: 45.4.9) конца XIX века работы мастер­ской вологодских крестьян Каликиных.

 

 

Примечания

 1 Бубнов Н. Ю. Никон патриарх Московский и всея Руси // Сло­варь книжников. Вып. 3, ч. 2. С. 400—404.

2 Перетц А. Н. Слухи и толки о патриархе Никоне в литературной обработке писателей XVIIXVIII вв. С. 123—190. // Известия Второго отделения Академии наук. СПб., 1900. Т.V, кн. 1.

3  Бубнов Н. Ю. Старообрядческая книга в России во второй половине XVII в. Источники, типы и эволюция. Л., 1995. С. 243—244.

4  Там же. С. 244.

5 Бубнов Н. Ю., Демкова Н. С. Вновь найденное послание из Москвы в Пустозерск «Возвещение от сына духовнаго ко отцу духовному» и ответ протопопа Аввакума (1676 г.) // ТОДРЛ. Л., 1981. Т. 36. С. 149—150; Бубнов. Старообрядческая книга в России. С. 294—298.

6  Бубнов Н. Ю. Ответ протопопа Аввакума духовному сыну (1676 г.) и его иллюстрированный протограф // ТОДРЛ. Т. XXXVIII. Л., 1985. С. 260—266.

7  Покровский Н. Н. Устюжский список «Возвещения от сына духовнаго ко отцу духовному» // ТОДРЛ. Т. XXXVI. Л., 1981. С. 151—153.

8 Бубнов Н. Ю. Сказания и повести о патриархе Никоне // Словарь книжников. Вып. 3. ч. 3. С. 459—462.

9  В списке БАН: Калик. 49 заголовок отсутствует.

10 Сочинение Иоанна Шушерина под названием «Известие о рождении и воспитании и о житии святейшаго Никона», написанное между 1681 и 1686 гг. неоднократно издавалось. См.: Бубнов Н. Ю., Лаврентьев А. В. Иоанн Корнильев Шушерин-Рипатов (ум. 1693) — иподиакон // Словарь книжни­ков. Вып. 3. Ч. 2. С. 69—71.

11В заголовке приложения по списку БАН: собр. Каликина № 49, Никон назван «патриархом», что свидетельствует о вторичности текста в списке 45.4.9 по сравнению со списком БАН собр. Каликина №49.

12 Эти сказания вошли в состав сказания дьякона Федора Ива­нова, помещенного им в Пустозерский сборник В. Г. Дружи­нина (БАН, собр. Дружинина №746(790)) под названием: «О волке и хищнике и богоотметнике Никоне достоверно сви­детельство, иже бысть пастырь во овчей кожи, предотеча анти­христов». Описание сборника см.: Сочинения писателей-ста­рообрядцев XVII в. / Сост. Н. Ю. Бубнов // Описание РО БАН. Т. 7. Выв» 1. Л., 1984. С. 23—28. Тексты этих легенд изданы В. Н. Перетцем: Перетц В. Н. Слухи и толки. С. 123—176.

13 БАН, 45.5.9. Рукопись конца XIX — начала XX вв.

14 Перетц В. Н. Слухи и толки. С. 177—190.

15 Бубнов Н. Ю. Лицевые рукописи старообрядческой кни­гописной мастерской вологодских крестьян Каликиных // Старообрядчество: история и современность, местные традиции, русские и зарубежные связи. Материалы III Меж­дународной научно-практической конференции 26—28 июня 2001 г., г. Улан-Удэ. — Улан-Удэ, 2001. С. 314—320.

16 Знак соответствует №202 (1909 г.) у Клепикова I. См.: Кле­пиков С. А. Филиграни и штемпели на бумаге русского и ино­странного производства XVIIXX вв. М., 1959.

17Аполлос, архимандрит. Начертание жития и деяний Нико­на, патриарха Московского и всея России. 4-е изд. М., 1845.

18 Гиббенет Н. А. Историческое исследование дела патриарха Никона. СПб., 1882—1884. Ч. 1—2.

19 Дело о патриархе Никоне / Изд. Археогр. ком. СПб., 1897.

20 Черная Л. А. Элементы «антижития» в «Повести о Темир-Аксаке» // Мир житий. Сб. мат. конф. (М., 3—5 окт. 2001 г.)

21 Рукопись БАН, 45.4.9. л. 24 об. На л. 25 этой рукописи на­ходится миниатюра, где изображен «Никон в гробу».

22 В рукописи РГБ (собр. Барсова №140) на соответствующих миниатюрах патриарх Никон изображен в шляпе обычного покроя.

23 Благодарю искуствоведа Е. К. Братчикову за это ценное наблюдение.


«История о искоренителе древняго благочестия патриархе Никоне отступнике святыя веры»:


http://lell33.ucoz.ru/El_Books_Pravos/Istoriya_o_patr_nikone.pdf

Категория: Статьи ВСЕ | Добавил: lell33-admin (03.02.2016)
Просмотров: 319

Поступления


[15.07.2012]
15 июля - добавлено предложение о сотрудничестве: ищем изготовителя качественных Переплетов

[16.11.2017]
Гадло А. В. Предыстория Приазовской Руси. Очерки истории русского княжения на Северном Кавказе.  Спб. СПГУ. 2004 г.
Гадло А. В. Предыстория Приазовской Руси. Очерки истории русского княжения на Северном Кавказе. Спб. СПГУ. 2004 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[16.11.2017]
Андроновская культура. Выпуск 1. Памятники западных районов. Свод археологических источников. В3-2. ред. М. П. Грязнов. М.-Л. Наука. 1966 г.
Андроновская культура. Выпуск 1. Памятники западных районов. Свод археологических источников. В3-2. ред. М. П. Грязнов. М.-Л. Наука. 1966 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[13.07.2017]
Комплект из 18-ти детских учебников и книг
Комплект из 18-ти детских учебников и книг
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[31.05.2017]
Чернецов В. Н., Мошинская В. И., Талицкая И. А. Древняя история Нижнего Приобья. М. АН СССР. 1953 г.
Чернецов В. Н., Мошинская В. И., Талицкая И. А. Древняя история Нижнего Приобья. М. АН СССР. 1953 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[20.05.2017]
История и археология средневекового Крыма. ред. А. П. Смирнов. М. Наука. 1958 г.
История и археология средневекового Крыма. ред. А. П. Смирнов. М. Наука. 1958 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[20.05.2017]
Зимин А. А. Холопы на Руси (с древнейших времен до конца XV века).  М. Наука. 1973 г.
Зимин А. А. Холопы на Руси (с древнейших времен до конца XV века). М. Наука. 1973 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[20.05.2017]
Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного.  М. Мысль. 1964 г.
Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного. М. Мысль. 1964 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[16.05.2017]
Памятники Отечества. Комплект из 31-й книги. Альманах Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. М. 1980-1997 гг.
Памятники Отечества. Комплект из 31-й книги. Альманах Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. М. 1980-1997 гг.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[15.05.2017]
Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного. Очерки социально-экономической и политической истории России середины XVI в.  М. Соцэкгиз. 1960 г.
Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного. Очерки социально-экономической и политической истории России середины XVI в. М. Соцэкгиз. 1960 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[15.05.2017]
Макаров Н. А. Колонизация северных окраин Древней Руси в XI-XIII веках.  М. Скрипторий. 1997 г.
Макаров Н. А. Колонизация северных окраин Древней Руси в XI-XIII веках. М. Скрипторий. 1997 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[06.04.2017]
Колчин Б. А. Новгородские древности. Деревянные изделия. Свод археологических источников. Е1-55. М. Наука. 1968 г.
Колчин Б. А. Новгородские древности. Деревянные изделия. Свод археологических источников. Е1-55. М. Наука. 1968 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[12.03.2017]
Сухов Д. П. Выставка рисунков. Каталог.  М.  1980 г.
Сухов Д. П. Выставка рисунков. Каталог. М. 1980 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[08.03.2017]
Розов Н. Н. Русские мастера рукописной книги (К 1000-летию русской книги).  Спб. Русский Христианский гуманитарный институт. 1999 г.
Розов Н. Н. Русские мастера рукописной книги (К 1000-летию русской книги). Спб. Русский Христианский гуманитарный институт. 1999 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[08.03.2017]
Славяне и скандинавы. ред. Е. А. Мельникова. М. Прогресс. 1986 г.
Славяне и скандинавы. ред. Е. А. Мельникова. М. Прогресс. 1986 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[07.03.2017]
Вагнер Г. К. Скульптура Владимиро-Суздальской Руси. г. Юрьев-Польской.  М. Наука. 1964 г.
Вагнер Г. К. Скульптура Владимиро-Суздальской Руси. г. Юрьев-Польской. М. Наука. 1964 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[25.02.2017]
Похилевич Д. Л. Крестьяне Белоруссии и Литвы во второй половине XVIII века.  Вильнюс. Пяргале. 1966 г.
Похилевич Д. Л. Крестьяне Белоруссии и Литвы во второй половине XVIII века. Вильнюс. Пяргале. 1966 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[21.12.2016]
Православная Москва в 1917-1921 годах. Сборник документов и материалов. М. Главное архивное управление г. Москвы. 2004 г.
Православная Москва в 1917-1921 годах. Сборник документов и материалов. М. Главное архивное управление г. Москвы. 2004 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[13.10.2016]
Мошинская В. И. Археологические памятники Севера Западной Сибири. Свод археологических источников. Д3-8. М. Наука. 1965 г.
Мошинская В. И. Археологические памятники Севера Западной Сибири. Свод археологических источников. Д3-8. М. Наука. 1965 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[12.10.2016]
Англосаксонская хроника IX-XI века.  Спб. Евразия. 2010 г.
Англосаксонская хроника IX-XI века. Спб. Евразия. 2010 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[08.10.2016]
Корзухина Г. Ф. Предметы убора с выемчатыми эмалями V - первой половины VI в. н. э. в Среднем Поднепровье. САИ. Е1-43. М. Наука. 1978 г.
Корзухина Г. Ф. Предметы убора с выемчатыми эмалями V - первой половины VI в. н. э. в Среднем Поднепровье. САИ. Е1-43. М. Наука. 1978 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]

[08.10.2016]
Козенкова В. И. Кобанская культура. Восточный вариант. Свод археологических источников. В2-5. Л. Наука. 1977 г.
Козенкова В. И. Кобанская культура. Восточный вариант. Свод археологических источников. В2-5. Л. Наука. 1977 г.
[КНИГИ для ПРОДАЖИ]