В маленький русский городок N. Владимирской
области пришла беда. Люди осознали её не сразу. Когда во всём районе нет работы
– это ещё полбеды: можно перебиться продуктами с садов-огородов, подработать в
Москве или Владимире.
Пьёт молодёжь, а газеты и телеящик успешно пропагандируют свальный
грех – это тоже ещё полбеды: есть шанс, что повзрослеют, остепенятся и
возьмутся за ум.
Белый дешёвый афганский героин, доставляемый в город курьерами –
это не просто беда, это смерть. Героин не обманешь, не отвяжешься от него,
попробовав из любопытства. Как правило, в первый раз – дают бесплатно, «в
подарок от друзей» или от ушлого наркодилера.
В городе N. героин стал доступен повсюду: на молодёжных
дискотеках, в школе, на остановках автобусов, у винных и пивных точек, где
вечно «тусовались» в поисках дарового стаканчика или подачки местные алконавты
(на иглу посадили и их!).
Цыганский клан, взявший на себя розничную торговлю, знал своё
дело. И всегда шёл навстречу покупателям: не было денег – давали в долг, брали
в заклад вещи, помогали продать квартиры и доли в жилплощади.
Куда смотрела милиция? Нескольких торговцев дурью задержали. Тут
же к КПЗ подъехали представители прокуратуры и доказали, что арест произведён с
нарушением законности, потому наркодилеров придётся отпустить.
Из материалов других задержанных пропадали документы и
вещественные доказательства, единственное доведённое до суда дело – о
перехваченной милицией крупной партии героина – свелось к фарсу.
Все цыгане показали, что наркотики принадлежат матери шестерых
детей, беременной седьмым ребёнком цыганке, что она с готовностью и
подтвердила. На суде её приговорили к двум годам условно, оперов, перехвативших
наркотики, вскоре уволили из органов.
Наркомафия ликовала. Но и на старуху бывает проруха: цыгане
посадили на иглу сына начальника УВД города N. майора милиции.
Один, пусть даже и влиятельный милиционер против наркомафии был
бессилен. К счастью, в городе была организация русских людей, костяк которой
составляли переселенцы из Средней Азии, закалённые пережитыми испытаниями и
ненавидевшие наркодилеров. Руководил ими депутат Законодательного Собрания
Владимирской области Владимир Игоревич Ронсов.
Владимир Игоревич пришёл к пожилому, дослуживающему своё, опытному
майору для тяжёлого разговора. Сначала майор не верил своим ушам: его сын
наркоман? Но предъявленные факты развеяли все сомнения.
Со вздохом майор поднял трубку, позвонил домой, вызвал сына. На
уверения и отговорки не реагировал, заставил поднять рукава рубашки, увидел
свежие следы уколов. Звонкая пощёчина прервала жалкое бормотание
наркомана-десятиклассника.
Услав сына домой под присмотр жены, майор с Владимиром Игоревичем
заперлись в кабинете. Совместную операцию милиции и русских добровольцев решено
было провести через три недели, когда прокурор будет в отпуске и не сможет
выручить наркодилеров.
Хороший дом построил себе цыган Бошка! Трехэтажный, кирпичный, под
черепичной крышей. Большой приусадебный участок огорожен настоящим тыном из
затёсанных сверху еловых брёвен, как в древнерусской крепости. Толстенные, в
туловище человека брёвна спилены были тайно в окрестных лесах, рачительный
хозяин заплатил только за транспортировку.
Цыганская жизнь удалась!
Вдруг зазвонил мобильник. Беспокоил милицейский лейтенант, давно и
с потрохами купленный, говорил, что, мол, есть серьёзный разговор, срочно,
открывай ворота. Во въехавших на участок милицейских «Жигулях» кроме лейтенанта
сидели ещё двое. Где-то Бошка их уже видел, вот только где? Смутное
беспокойство шевельнулось в душе цыгана. Впрочем, рассеивая его опасения, из
«Жигулей» вылез один лейтенант. Лучезарно улыбнулся, но вместо рукопожатия
засветил Бошке кулаком в подбородок. Потом он и несколько вбежавших в ворота
милиционеров ринулись к дому, производить обыск. Поняв, что надо спасаться, Бошка
проорал о складе героина у одного из своих «шестёрок» (у него только отец
цыган, мать русская, таким и пожертвовать не жалко), прокричал о деньгах в
сейфе, обещал сказать комбинацию шифра.
Тут, наконец, появился лейтенант и для избиваемого появилась надежда.
– Кто продавал героин сыну майора?
Избиение прекратилось. Наконец-то понявший, в чём дело, и очень
хотевший жить Бошка счастливо улыбнулся разбитыми губами.
– Мамой клянусь, это без моего ведома случилось! Я вам этого
дурака с потрохами сдам, гражданин лейтенант! Обещаю – такое больше не
повториться.
– Куда ты денешься, сдашь конечно!
Через полчаса «шестёрка» Бошки был взят со ста граммами героина.
Бошка тем временем вспомнил, где он видел избивавших его мужиков. На Крестном
ходе на Пасху вместе с депутатом Ронсовым.
В дверь квартиры самого уважаемого городского цыгана, чей
авторитет был непререкаем для людей, майор постучал сам. Не садясь в
предложенное кресло и отказавшись от чая, сурово спросил: «Знал, что жена и
дочь торгуют?»
– Знал майор! За то скажи спасибо своим подчинённым. Твои
милиционеры сына в колонию посадили, за пустяк – мальчишескую драку. Сказали,
что, если торговать не начнём, не только досрочного освобождения не будет, мы
сына вообще живым не увидим. Ты сам, когда деньги начальству во Владимире и
Москве платил, не знал, что это налог с наркодилеров?
Смерив гордое, в обрамлении седых волос лицо учителя тяжёлым
взглядом, ничего не ответив, майор вышел из квартиры...
В тот день в городе N. было арестовано 20 наркодилеров. Вечером,
после конца рабочего дня, к КПЗ, где содержались все «добровольно» дающие
показания арестованные, подъехала машина работников прокуратуры. Их встретил
депутат Ронсов и цепь из 30-ти крепких русских мужчин. Несмотря на
препирательства, угрозу ареста, звонки вышестоящему начальству, прокуроров в
КПЗ выручать наркодилеров так и не пустили...
Благодаря огласке в прессе дело замять не удалось, несмотря на
замалчивание на телевидении и происки прокуратуры и адвокатов. Всего было
арестован 141 наркодилер, захвачены десятки крупных и сотни мелких схронов
героина. Клан цыган-наркоторговцев был разгромлен полностью. Немногие
уцелевшие, придя в себя, либо уехали из города, либо занялись менее опасным
видом бизнеса – угоняли в соседних областях машины, разбирали их на запчасти.
Наркомания в городе N. была побеждена... На один год. Из-за
разгрома наркомафии резко сократилась дань, идущая в Москву. Потому и майор, и
все другие офицеры милиции были сняты со своих постов, отправлены кто на
пенсию, кто в отставку. Поставки наркотиков в город N. возобновились.
