На берегу реки Лабы, притока шумной Кубани, раскинулся небольшой городок Лабинск - место дислокации старейшей части внутренних войск, которой в январе 2004 года исполнится 80 лет.

Пятеро Героев Советского Союза служили под знамёнами прославленной, краснозвёздной части. Есть в батальоне и Герой России, подполковник Николай Шевелёв, погибший в апреле 2000 года под Сержень-Юртом. Навечно зачислен в списки части старший лейтенант Евгений Автономов, попавший в плен к боевикам раненым в бессознательном состоянии 21 августа 1996 года. Через два дня начались мирные переговоры, завершившиеся Хасавьюртовским соглашением и обменом пленными, но бандиты расстреляли офицера, который предпочёл смерть - измене. Девятнадцать однополчан потеряли лабинцы в ходе первой чеченской кампании.

Почти в два с лишним раза большие потери понесли они в ходе второй чеченской, которая ещё далека до завершения. Больно вглядываться в портреты молодых мужчин в траурных рамках, «погибших на этом пути». Вот обгоревшие военные билеты рядовых Вячеслава Веденкова, Ивана Лукьяненко, Евгения Вутлого, других воинов, чьи фамилии не разобрать. Здесь же их закоптившиеся жетоны-смертнички и нательные крестики. Ясно, что они до конца были со своими хозяевами, корчась и выгибаясь, как от страшной боли, в огне факелом горящей бээмпэшки, подбитой из засады боевиками в апреле 2000 года под Сержень-Юртом.

Кадры трофейной видеосъёмки, результаты судмедэкспертизы и восстановленные поминутно радиопереговоры ближайшей заставы и сожжённой колонны дают нам возможность восстановить картину боя. Колонна попала в засаду. Подрыв и несколько прямых попаданий в корпус остановили и подожгли бээмпэшку. Застыл и КАМАЗ, который она сопровождала, - на узкой дорожке не разъехаться. От взрыва и попадания гранат на месте погибли рядовой-контрактник оренбуржец Евгений Виноградов, механик-водитель рядовой Александр Дашков из Старого Оскола. Беспомощно свесился из кабины водителя ростовчанин-контрактник, младший сержант Александр Пономарёв. Начавших выпрыгивать из вспыхнувших машин солдат настигали пули. Прикрывая товарищей, задыхаясь в чаду горящей бэхи, заработал пулемёт наводчика Павла Лысенко, контрактника из прикубанской станицы Азовской, сквозь бойницу огнём из автомата его поддержал лабинец, сержант-контрактник Евгений Хлудеев; позже его, тяжело раненного, заменит задыхающийся Слава Воденков из Орла. Отстреливались, пытаясь организовать оборону, раненые подполковник Николай Шевелёв и волгоградец стрелок Евгений Вутлый. Но силы неравны. Смерть неумолимо по одному выбирала себе жертвы. Ещё живых, шевелящихся людей боевик, позируя в камеру, добивает контрольным в голову из пистолета. Такие раны у Жени Вутлого, гранатомётчика рядового Вани Лукьяненко, Максима Дубовского. Страшно описывать увиденное на кассете. И всё же.

Не меньше двух десятков боевиков, как шакалы на добычу, с истошными воплями «Аллах акбар!» кинулись к застывшим машинам...

Старший офицер на ближайшей заставе, подполковник Виктор Мишура и кадры видеосъёмки свидетельствуют, что оставшийся в живых воин-контрактник, засевший в пылающей бронемашине, а это, по всей видимости, и был Павел Лысенко, не сдается, огрызается огнём. На заставе, где спешно формируется помощь, выхватывают из эфира последнюю информацию: «Мужики! Держусь... Все погибли... Патроны заканчиваются... Я один остался... Прощайте!»

Зам. комбата по работе с личным составом, подполковник Александр Котов протягивает лежащую на столике, застеленном трофейным ичкерийским флагом со следом солдатского ботинка 45-го размера и заваленном трофейным оружием и безделушками, книгу одного из идеологов ваххабизма Магомета Такаева «Газзават, или как стать бессмертным», изданную на русском языке, между прочим, в Киеве. Листаю. Русскому, православному человеку трудно понять, чего хочет автор? Убедить читателя в бессмертии души? Но об этом, слава Богу, нам известно и без него. Более тысячи лет Россия исповедует Православие и тем спасается. И для того, чтобы обрести небесные обители, нам совсем ни к чему становиться шахидами, погубив для этого десятки ни в чём не повинных людей. «Шахид», в переводе с арабского - «мученик». Знает немало мучеников и Русская Православная Церковь. Более того, 20-е, 30-е, 40-е годы прошлого столетия освятили мученическими венцами сотни тысяч россиян.

Разве можно хотя бы близко сравнить их жизнь и смерть?