Первым из
американского города Рочестер был выслан Ваня Харламов, один из лучших учеников
Новгородского педагогического лицея. Причина звучала как диагноз неизлечимой
болезни - он "слишком русский", а потому не способен понять и принять
американскую культуру.
Через год такая же судьба постигла
Свету Ломакину. Её выдворили из США в 24 часа, как какого-то опасного
преступника, даже не позволив собрать свои вещи. Следом в Новгород пришла
телеграмма о высылке другого ученика и предупреждение, что вскоре могут
отправить домой ещё двоих.
Ситуация повторилась и на третий
год. На этот раз досрочно депортировали на родину Сергея Тяна и Сашу Дрофу. С
тем же "диагнозом" - "слишком русские".
Из 68 новгородских учащихся, коим
был обещан год учёбы в городе-побратиме Рочестере, восемь были досрочно
отправлены на Родину, так как они, по словам руководителей проекта, американцев
Роберта Хантера и его супруги Барбары Коу, по причине своей "слишком
русскости не способны достичь "глубокого погружения" в американскую
культуру.
А на деле было вот что.
У Вани Харламова не сложились
отношения с американской семьёй, в которой ему, согласно договору об обмене,
предстояло жить год. Семью смущало то, что он закрывает двери в свою комнату,
сидит там один и слушает кассеты с русской музыкой. Словом, странный мальчик, о
чём и было сказано Роберту и Барбаре. А Ваня - стеснительная душа - просто не
хотел лишний раз навязываться, мешать. Он даже поесть-то попросить боялся,
хотя, по его словам, откровенно там голодал. За это и поплатился.
Света Ломакина, наоборот, настолько
подружилась с семьёй, в которой жила, что американцы захотели пригласить её
маму на встречу Рождества. Но как это сделать? Девочка спросила об этом
учительницу, та позвонила Барбаре, а дальше была истерика, аэропорт и дорога
назад. Тем более Барбара уже давно была сердита на Свету за то, что та с первых
дней проявила нежелательную самостоятельность и вместо химии и баскетбола, как
того хотелось мадам Коу, выбрала для углублённого изучения экономику как науку,
и гимнастику как вид спорта.
Сергей Тян и Саша Дрофа, которым
Хантеры не сумели найти семью проживания и которые вместе с шестью другими
девочками и мальчиками жили в доме Роберта и Барбары, начали спорить с
хозяевами - качать, как говорится, права. Дело даже не в том, что троим
мальчикам досталась одна кровать, и они вынуждены были бросать между собой
жребий, кому спать на кровати, кому - на полу в комнате, кому - в гараже, а
девочки делили одну постель на двоих. И не в том, что Хантеры за ними
откровенно следили, читали их письма, за малейшую провинность лишали ужина и
запирали в комнате. На бунт мальчиков подвигло то, что кормили их настолько
просроченными продуктами, что однажды даже подали на ужин макароны с жучками.
... А началось всё красиво пять лет
назад. Роберт Хантер преподавал тогда английский в Новгородском областном
педагогическом лицее-интернате. Этот симпатичный, общительный американец,
хорошо, лишь с небольшим акцентом говоривший по-русски, и предложил программу,
которая в ту пору многим показалась заманчивой. А именно: наладить обмен между
выпускниками новгородских и рочестерских школ. Дети должны были жить в семьях,
где есть их сверстники, избрав для углублённого изучения один из предметов и
какой-нибудь вид спорта. Забыть на время друзей, родственников, даже язык,
разговаривать только на английском, а главное - безоговорочно подчиняться
Роберту и Барбаре. То же должно было касаться и американских школьников, но, к
слову сказать, из Америки по программе обмена за всё это время приехал в
Новгород лишь один ребёнок. Принимающая сторона брала все расходы по проживанию
на себя, новгородцам оставалось лишь оплатить дорогу. Ну разве не
соблазнительно отправить своё чадо на год учиться в США? Родители соглашались.
Лицей взял это дело под свой патронаж. Однако досрочная высылка Вани Харламова
с более чем странным диагнозом насторожила директора лицея Елену Филиппову. А
когда следом пришло письмо от её американских друзей, в котором говорилось, что
"ребята закрыты для общения, им не разрешено общаться даже между собой,
они шагу не могут ступить без разрешения Хантера - Коу", Елена Фёдоровна
заняла денег и вылетела в Рочестер.
"Каков был мой ужас, -
рассказывала она позже новгородской журналистке Татьяне Щипановой, - когда я
увидела детей. Во-первых, мне Хантеры не разрешили встретиться с ними наедине,
привели - только на официальную встречу, в общество российско-американской
дружбы. Дети были какие-то сдержанные, замкнутые, даже не рискнули ко мне
подойти, стояли около Барбары и твердили, как заведённые, что у них всё хорошо
и им ничего не надо. Я решила, что в такой программе лицей участвовать не
будет".
Проект (ох, как хочется отправить
детей на учёбу за границу хотя бы на год!) попыталось спасти Новгородское
общество дружбы "Рочестер - Новгород". С его благословения Хантеры
набрали уже не пять детей, как в первый год, а десять. После новых досрочных
высылок и жалоб родителей комитет, как и лицей в своё время, растерялся (ведь
направляли же лучших учеников, прошедших жесточайший конкурсный отбор!) и
вынужден был командировать в Америку своего психолога, поручив ему встретиться
с детьми и на месте разобраться с их проблемами. По возвращении он писал в
отчёте: принимающие семьи плохо подготовлены к пониманию и правильному
отношению к традициям (особенностям) России, студенты в семье имеют зависимое и
подчинённое положение, в любой ситуации виноватыми бывают именно они, им
запрещено общение друг с другом и на первых порах - с родителями. Барбара Коу
психологически невыдержанна, она кричит на детей, требует безоговорочного
подчинения...
Нет, далеко не все американцы,
приютившие у себя новгородских ребятишек, вели себя с ними так же, как Коу.
Некоторые привязывались настолько, что и после отъезда писали письма,
приглашали в гости. Одной способной девочке из малообеспеченной семьи
американские друзья сделали вызов, оплатили дорогу, и она благополучно
поступила в местный университет, учится сейчас в США. Всё дело в самой Барбаре.
- Да она просто нездорова, -
говорила мне заведующая отделением дополнительного образования администрации
Новгорода Тамара Бурцева. - Станет ли нормальный человек на вопрос: "Что
вы будете делать, если с кем-то из детей из-за одиночества, подавленности
произойдёт непоправимое?" совершенно серьёзно пересказывать "правила
по вывозу трупа из-за океана"?
После заключения своего эксперта
комитет дружбы устранился от участия в проекте, перевоспитывать вздорную
Барбару взялся городской комитет народного образования. С супругами подписали
договор о сотрудничестве, разработали юридические принципы взаимодействия...
Плевать хотели американцы на эти
бумаги. Учитывая опыт двух предыдущих лет, им предлагалось взять на учёбу
десять детей и сократить срок их стажировки до шести месяцев. Они набрали 17 и
даже хотели довести их число до 20, потому как каждый ребёнок - это деньги,
выбиваемые под программу из богатых рочестерских граждан. Сбитые с толку
родители подмахивали написанные на английском языке бумаги, которые подсовывала
им Барбара, естественно, их не читая. А в бумагах были прописаны только
обязанности детей и согласие родителей смириться с возможными неудобствами,
которые могут возникнуть в процессе стажировки. Как после этого бороться с
самодурством и деспотизмом мадам Коу?
Нынче, наученные горьким опытом
своих земляков, уже ни одна из новгородских организаций не рискнула связываться
с оскандалившимися американцами. Более того, предупреждены все школы,
отправлены письма в районы: "Осторожно, афера!". А американцам и дела
мало. Приехав в Новгород по туристической визе, они как ни в чём ни бывало
набирают детей для нового "глубокого погружения" в американскую
культуру, работая напрямую с родителями и педагогами английского языка,
задабривая кого подарками, кого посулами свозить за их счёт в Америку. Попытка
хоть как-то воздействовать на навязчивых супругов через общественные
организации Рочестера, городскую мэрию успеха не имела. В Новгород из США
пришла бумага, в которой говорится, что у Хантеров это "частный бизнес и
вмешиваться в их дела никто не имеет права".
Право вмешиваться в судьбы
новгородских детей они, похоже, присвоили себе навсегда.
Впрочем, худа без добра не бывает.
"Именно там, в Америке, - сказал Марат Алтынбаев, который чудом не вылетел
из программы досрочно, - я научился любить свою Родину".
Правда, этот урок не входил в планы
господина Хантера и мадам Коу.
