Абхазия – Апсны («Страна души»). Сюда и пришёл с проповедью о Воскресении Христовом св. апостол Симон Кананит (Зилот).

В горе, в живописнейшем ущелье реки Псырцха, он устроил свою келью, попасть в которую можно было не иначе как ползком, через небольшое отверстие наверху. Появление удивительного подвижника не прошло бесследно для этих мест, населённых языческими племенами. Благодаря вере и трудам св. апостола Симона Кананита, христианство дало свои всходы на этой благословенной земле.

Два года трудился здесь апостол, пока злоба врага Божия и рода человеческого не внушила его служителям расправиться с ненавистным ему проповедником Евангелия. Закончил свою земную жизнь ученик и апостол Христов, как и Божественный его Учитель – на кресте. Дивным образом и поныне сохранились на месте гибели апостола Симона Кананита камни, окроплённые кровью апостола. Могила его особо почиталась первыми христианами, в IV веке на месте погребения ап. Симона был воздвигнут деревянный храм, а в IX-X вв. – из белого тёсанного камня. Здесь была кафедра Цхумских (Сухумских) епископов. В XVII веке после нашествия турок наступило запустение, храм постепенно разрушался. Вот как описывает его посетивший эти места в 1840-х годах генерал А. Н. Муравьёв: «Посредине поляны стояла церковь, почти уцелевшая... Устройство храма совершенно греческое. Гробницы апостольской нельзя распознать, но, предполагая, что святые мощи положены были, по древнему обычаю, под самым престолом, я помолился над тем местом, где он стоял...».

В 1874 году насельники Русского Пантелеимонова монастыря на Св. Горе Афон в Греции обратились к наместнику Кавказа великому князю Михаилу Романовичу с просьбой о даровании земли для устройства обители, и уже в 1885 году прибывшие со Святой Горы монахи выбрали место вблизи развалин древнего христианского поселения Анакопии, возле храма Симона Кананита. Храм, по распоряжению Императора Александра III, также был передан монастырю, и 10 мая 1882 года, обновлённый, он был освящен. А в октябре 1884 года была освящена и келлия св. апостола Симона, в которой были установлены мозаичные иконы, прорублен вход, благоустроена дорога, ведущая к ней. На горе, на развалинах Анакопии, монахи построили часовню, куда поместили привезенную в благословение со Св. Горы Афон Иверскую икону Божией Матери, посему и гору эту назвали Иверской. Уже в 1896 году монастырь, изумительный по красоте и величию, назван Симоно-Кананитским Ново-Афонским монастырём, вся близлежащая местность и поныне называется Новым Афоном. Даже пришедшие к власти большевики, в 1924 году закрывшие обитель, не дерзнули изменить это название. Тогда была разрушена часовня на Иверской горе. Одному из старцев монастыря, жившему на этой горе, было явление Пресвятой Троицы, после чего из недр земли забил чудотворный источник.

Прошли лихие времена. В 1994 году началось возрождение Ново-Афонского Симоно-Кананитского монастыря, а в 1995 году, в Прощёное воскресенье, обители был возвращён хранившийся все эти годы в благочествой семье Анкваб, мироточивый образ св. великомученика и целителя Пантелеймона, который был прислан со Святой Горы Афон в благословение первым насельникам монастыря. Несмотря на сложную обстановку в Абхазии, не оскудевает поток паломников в это удивительное место.

Собираясь в Новый Афон, вдруг вспомнила рассказ о том, что при строительстве Ново-Афонского монастыря на пришедших исповедоваться грешников монахи налагали эпитимию: за каждый грех приносить к обители камни, соответственно содеянному. Спустилась к морю, начала отсчитывать камешки в пакет. Муж с ужасом наблюдал за мной. Пришлось ему объяснить причину моего поступка. Начинаем восхождение на Иверскую гору, при каждом чтении молитвы «Богородице... » сынишка бросает под ноги камешек, пустеет мешочек, легче становится на душе. Со стопятидесятой молитвой поднялись на последний виток серпантина, который вывел нас на вершину горы, с которой открылся изумительный вид на Симоно-Кананитский монастырь, Новый Афон и море. Немного отдохнув и полюбовавшись Богом созданной красотой, подходим к расположенному у подножия развалин древнего храма чудотворному источнику. Но он находится довольно глубоко. Чтобы добыть чудесную воду, надо смиренно потрудиться. Именно смиренно, т. к. достать её можно, лишь встав на колени.

Подходим к развалинам храма, где стоит небольшая открытая часовенка, ставим свечи, прикладываемся к камням древнего алтаря. Над святыми развалинами - Иверский образ Пресвятой Богородицы. Начинаю читать акафист, слышу – за спиной подпевают. Удивляюсь: поднимались, вокруг – никого. Но свято место пусто не бывает.

Помолившись, спускаюсь с каменных ступеней. Муж с сынишкой, ожидая меня, сидят на небольшой деревянной скамеечке, установленной напротив входа в храм. И вновь удивляюсь: над скамеечкой раскинули свои кроны три совершенно одинаковые стройные смоковницы, растущие из одного корня. Невольно вспоминаешь о Пресвятой Троице. На душе так хорошо, что не хочется уходить, но надо спускаться, чтобы затем взойти уже на другую, соседнюю гору, туда, где подвизался и принял мученическую кончину св. апостол Симон Кананит.

Мы входим в красивейшее Псырцхское ущелье. Дорожка идёт вдоль небольшой горной речки Псырцхи, давшей название всему ущелью. Переходим через речку по небольшому изящному мостику. Проходим небольшой водопад и рукотворную плотину, большой камень с отпечатком стопы апостола, место его гибели. Но сюда подойдём на обратном пути, а пока, осенив себя крестным знамением, идём дальше. Дорога становится круче. Начинается восхождение к последнему прибежищу Симона Кананита.

Вот и келья. По почти вертикальной лестнице поднимаемся внутрь. В темноте зажжённые свечи освещают образа, но саму тьму не разгоняют. Как читать в таком мраке акафист? Всё же начинаю, и с удивлением осознаю, что текст прекрасно вижу. И снова слышу, как мне тихо подпевают, как и на Иверской горе, – Господь опять привёл верующих на соборную молитву.

Дочитываю акафист, вдруг в молитвенное пространство врезается инородный звук, сразу даже не поняла, что это? А это мой телефон настойчиво звонил. Слышу тихое: «Давайте дочитаю». Телефон отключаю. Мужчина в джинсах, с бородой, тем временем прочитал молитву. Подошла к нему: «Вы – батюшка?», – «Батюшка». – «Благословите».

Выхожу из пещеры, ещё не зная, что натворила – телефон, оказывается, выключать было нельзя, в нём стояла местная карта, а pin-код муж на память не помнил. Отругав меня, сказал: «Выбирай, угадаешь, – включится, не угадаешь – всё!». А звонил-то наш знакомый батюшка, который приехал на отдых в пансионат, расположенный у самого монастыря. Мы договорились о встрече и ждали его звонка. Угадала! – Да и разве могло быть иначе на Новом Афоне?

Вспомнился прошлый год, когда также, читая в келье акафист, услышала за спиной шаги. Вошедшие поставили свечи, рядом со мной опустился на колени человек в подряснике. Дочитав акафист, передала ему книжку – прочесть молитву. Помолились, подошла под благословение, батюшка благословил, поблагодарил. Спустились к месту гибели апостола Симона. Облившись из источника, увидела, что батюшка с матушкой стоят поодаль от этого места, молятся. Подождала, когда подойдут. А они и говорят: «Место самой казни – там». Матушка протянула свечи: «Возьмите*. Преодолев небольшой завал, подходим к указанному месту и застываем от ужаса – камни в расщелине сплошь залиты кровью. Ещё одна святыня Нового Афона.

В нынешнем году опять подходим к этому святому месту. Не оставляет странное ощущение ирреальности происходящего, как будто время здесь остановилось, и не было двадцати прошедших веков. Ощущается незримое присутствие самого апостола, связавшего прошлое с настоящим, «мip преходящий с мipoм Вечности».

На месте распятия св. ап. Симона Кананита забил источник, после закрытия монастыря замутившийся и почти иссякший. Над ним всё залито кровью, далее кровь разбрызгана по камням. Страшное зрелище. Наклоняемся над водой, зачерпывая, обливаемся. Собрав всю свою веру, с трудом пью мутноватую воду. Вдруг слышу странное постукивание. Поворачиваю голову – одна из паломниц чем-то стучит по окровавленному камню, откалывает кусочек. Смотрю, вокруг -другие заняты тем же.

Бездумно следуя их примеру, поднимаю крупный камень, ударяю по небольшой трещинке, но вдруг чувствую, что не могу, как будто совершаю что-то кощунственное, святотатственное. Понятно, что хочется увезти с собой дивную святыню, но становится не по себе. Раздаётся возмущённый голос. На дорожке стоит мужчина, продающий свечи у кельи. Негодует, стыдит.

Пора уезжать. Хотелось бы ещё съездить в Команы – место смерти свт. Иоанна Златоуста, умершего на пороге храма по дороге в ссылку в Питиунт (ныне – Пицунда). Там была старейшая в Абхазии община христиан, которую питиунский епископ Стратофил представлял на Первом Вселенском Соборе в Никее в 325 году. Недалеко расположено и место Второго Обретения честной главы Предтечи и Крестителя Господня Иоанна. Много лет нам не удаётся добраться туда. Не удалось и на этот раз.

Абхазия – «Страна души». Сколько ещё раз доведётся мне побывать здесь? На всё Божия воля.

Ирина Ивановна ЖЕЖЕРУН