Недавно, 18-20 октября сего года, в помещении Государственного театрального музея им. Бахрушина состоялись первые Всероссийские Бахрушинские чтения. Перед началом чтений его участники поехали в Сокольники, где в храме Живоначальной Троицы, построенном на средства купцов Бахрушиных, состоялся молебен и была открыта мемориальная доска в честь выдающихся благотворителей. Трёхдневные чтения, проходившие в переполненном актовом зале музея, раскрыли перед участниками благородный образ православного русского предпринимателя XIX-XX века. Трудами и верой русских купцов и промышленников Россия в те годы бурно развивалась, вызывая зависть и страх у своих западных конкурентов. И в то же время предприниматели той поры отдавали большую часть своих доходов на нужды простого народа, родного города и страны. В редком выступлении не звучало сопоставление между предпринимательским классом тех времен и нынешними олигархами, при которых Россия превращена в сырьевой придаток западных стран, а народ обречён на вымирание.

На примере династии Бахрушиных этот контраст виден особенно отчётливо. В далёком 1821 году, когда только-только начала восстанавливаться Москва после пожара 1812 года, скромный купец второй гильдии Алексей Федорович Бахрушин из города Зарайска, промышлявший торговлей скотом, приехал в Москву, чтобы стать основателем русской кожевенной промышленности.

Первый свой завод он открыл в 1834 году недалеко от того места, где сейчас расположен Павелецкий вокзал, на улице, которая так и стала впоследствии называться "Кожевническая", как и близлежащая набережная реки Москвы. В советские времена завод Бахрушина именовался "Обувной комбинат им. Парижской коммуны", хотя французы здесь ни при чем. Всего 27 лет прожил Алексей Бахрушин в Москве, но за это время он успел создать современное кожевенно-обувное предприятие, оборудованное самыми новейшими по тем временам станками, начал выделку сафьяна и других ценных тонких видов кож. Он получил золотую медаль за высокий уровень технологии на своих заводах и дважды награждался серебряными медалями за свои товары на Всероссийских промышленных выставках. Алексей Бахрушин оставил после себя большую семью из восьми сыновей и дочерей, каждый из которых внёс свою лепту в растущую славу рода Бахрушиных. Особую известность и благодарность русского народа получили братья Пётр, Александр и Василий Бахрушины. Все они были уже купцами 1-ой гильдии, занимались кроме традиционного кожевенного дела производством суконных тканей, изготовлением перчаток и т. д. Но прославились они своей благотворительностью и благочестием. В общей сложности они пожертвовали огромную по тем временам сумму в три с половиной миллиона рублей "на общество", построив в Москве и в своём родном городе Зарайске 18 храмов и более 100 гражданских зданий, которые были безвозмездно переданы в городскую собственность.

Наиболее крупным комплексом был Детский приют в Сокольничьей роще для бедных и сирот православного исповедания. Дети там воспитывались бесплатно с 4-6 лет до совершеннолетия, до "выхода в люди", получая к этому времени какую-нибудь профессию. Жили дети в добротных кирпичных домах, работали и учились в мастерских, а центром этого благотворительного городка была церковь Живоначальной Троицы, столетие освящения которой (18 мая 1903 г. ) и стало поводом для Первых Всероссийских Бахрушинских чтений.

За что бы ни брались братья Бахрушины, целью их деятельности всегда была польза народа и Отечества. Посоветовавшись со своим семейным врачом А. А. Остроумовым, братья Бахрушины нашли средства на строительство самой крупной по тем временам больницы на 200 коек в Сокольниках для неизлечимых больных (сейчас это больница № 33 имени А. А. Остроумова), а при ней - храма иконы Божьей Матери "Всех Скорбящих Радость". Лечение было бесплатным, единственным пожеланием благотворителей была просьба поминать на литургии их самих, их семью и их усопших родителей.

В 1898 г. в самом центре Москвы, между Болотной площадью и Софийской набережной, они построили дом "бесплатных квартир" для многодетных нуждающихся вдов и учащихся девушек. При доме действовало два детских сада, начальное и ремесленное училище, а чтобы матери могли работать на дому, для них были созданы швейные мастерские.

В конце XIX века в своём доме Бахрушины организовали единственный в мире театральный музей, который к настоящему времени хранит в своих экспозициях и запасниках 1,5 млн. единиц бесценных памятников отечественного театрального искусства. В 1913 г. они, следуя примеру П. М. Третьякова, передали музей городу Москве. Этот музей в советское время послужил своеобразной охранной грамотой для династии Бахрушиных, именем одного из них была названа улица, на которой стоит бывшая усадьба фабрикантов.

Выступавшие в ходе чтений учёные отмечали, что люди типа Бахрушиных были фактором социальной стабильности в российском обществе, они гармонично объединяли капитал и труд в едином служении России. На бахрушинских предприятиях не было забастовок, и революционным агитаторам так и не удалось разжечь ненависть рабочих к предпринимателям.

Высокая православная нравственность была нормой поведения для многих представителей предпринимательского класса. Пример Бахрушиных удивителен, но такими же были Морозовы, Рябушинские, Прохоровы, Щукины и многие, многие др. Примечательно, что восемь представителей династии Бахрушиных в разное время были гласными Московской Городской Думы, а братья Александр Алексеевич и Василий Алексеевич в 1900 году были удостоены звания "Почётный гражданин города Москвы". За 50 лет существования этого звания (с 1866 по 1917 гг.), его получили всего 12 человек, из них от купечества - только трое: П. М. Третьяков и братья А. А. и В. А. Бахрушины. Излишне говорить, как чтут память своих выдающихся земляков в их родном Зарайске, где они также построили больницу, родильный дом, помогли восстановлению кремля и т. д.

В ходе чтений выступавшие не раз проводили параллель между нынешними "бизнесменами" и русскими православными предпринимателями типа Бахрушиных, при которых страна процветала и богатела. Сравнения выявляли разительную несхожесть русской деловой элиты тех времен и нынешних бизнесменов.

Русские промышленники и купцы занимались созидательным трудом, они создавали новые производства, новые рабочие места. Никто из них не занимался хищнической эксплуатацией природных богатств.

Никогда наши предприниматели не вывозили свои капиталы в чужие страны. Заработанные деньги они пускали на расширение производства, на освоение новых отраслей, на обновление и реконструкцию уже существовавших заводов и фабрик. Наши деды и прадеды не знали такого понятия как "отток капитала", потому что сами тогдашние капиталисты были русские люди, предки и потомки которых были неотделимы от родной земли. Все Бахрушины захоронены либо на Даниловском кладбище в городе Москве либо при храмах, построенных ими.

Российское государство никогда не конфликтовало с тогдашней торгово-промышленной элитой государства. Состоятельные люди тех лет добровольно, по велению души, отдавали часть своего дохода обществу в виде благотворительности. Нынешние олигархи и "олигархята" состязаются между собой в умении обмануть государство и общество. Им чужда благотворительность в прежнем понимании слова. Они даже не желают платить установленные законом налоги. Их эгоизм не знает границ. Они готовы спустить с цепи свору натасканных адвокатов и судиться годами с обществом и государством, лишь бы не делиться даром доставшимся им богатством. Среди нынешнего предпринимательского сословия есть, безусловно, яркие исключения, но как "одна ласточка не делает весны", так и эти исключения не делают погоды в российском бизнесе.

Нельзя сказать, что нынешние бизнесмены совсем не жертвуют часть своих доходов, но сам характер их "жертвенности" иной, прямо противоположный православному пониманию этого явления. Теперешние спонсоры или меценаты (оба слова чужие, нерусские) норовят дать деньги не бедным, от которых нельзя получить никакой материальной отдачи, кроме слов благодарности: "Спаси, Господи!", а тем, кто на всех углах будет кричать и прославлять своих спонсоров. Они рассматривают свои подачки как капиталовложение, от которого они получат свои "проценты". Они кормят не вдов и сирот, а подкармливают деятелей театра и кино, телевизионщиков, оркестрантов с нескрываемым желанием видеть свои имена на экранах, в рекламных статьях и т. д.

Если Савва Морозов заботился о том, как обустроить досуг своих рабочих, и в Орехово-Зуеве создал одну из первых в России футбольных команд и построил отличный стадион, то теперешний олигарх Роман Абрамович, наоборот, на русские деньги купил английский футбольный клуб "Челси" и сорит миллионами, скупая игроков для потехи английской публики.

Рамышляя на тему, почему сложился такой разрыв между нынешними олигархами и российским государством и обществом, почему бизнес-элита стала не фактором социальной стабильности, а наоборот, детонатором социальной напряжённости в России, выступавшие чаще всего указывали на две главные причины. Во-первых, теперешняя предпринимательская верхушка в своём большинстве сформирована не из русских людей, а из представителей некоренных национальностей, которым Россия не была и не будет Родиной в широком понимании этого слова. Их духовная, а часто и физическая малая родина находится за пределами России. У них нет никакой сыновней привязанности к русской земле, нашим традициям, истории. Они чужаки в России, поэтому, набив карманы, они без сожаления покидают страну при малейшей опасности, принимая любое другое гражданство. И, во-вторых, нынешняя когорта бизнесменов не просто атеистична, но враждебна по отношению к Православию (я опять-таки хочу оговориться, что есть немало прекрасных исключений из общего правила). У этой когорты словно атрофирована душа, а мозг занят одной мыслью, - сколько ещё можно захватить. Максимум, что можно и нужно сделать в отношении нынешних олигархов, это заставить их соблюдать и выполнять российские законы. Не уговаривать подчиниться закону, как это делается сейчас через посредство телевизионных экранов, не стращать их демонстративными, но неэффективными вызовами на допросы в Генпрокуратуру, а довести до публичного суда пару-тройку наиболее "выдающихся" деятелей и придать этим слушаниям максимальную гласность. Несколько таких примеров создадут в обществе атмосферу убеждённости в том, что богатство даёт не только права, но и накладывает на его владельца серьёзную ответственность перед обществом.

Николай Сергеевич ЛЕОНОВ